🇷🇺 Гордыня и освоение иностранных языков

А, вот ты и пришел! Пришел к успеху.

К успеху, который отчетливо и в красках напоминает о всём том, что ты поставил на кон и чем пожертвовал, чтобы дойти до этого. До этого момента, когда ты вдруг начинаешь осознавать и ощущать, что ты отточил свой навык владения иностранным языком до совершенства. До совершенства такой степени, на твой скромный взгляд, что тебя переполняет чувство гордости за самого себя, и тебе не стыдно заявить во всеуслышание о своих лингвистических завоеваниях.

О завоеваниях настолько успешно опьяняющих и часто упоминающихся, что к твоей гордости для тебя самого незаметно на цыпочках подкрадывается лукавая гордыня. Та самая гордыня, которая со временем и все также незаметно вытесняет твою гордость, как бы невзначай, стараясь никого не обидеть своим на первый взгляд временным визитом. Визитом настолько безобидно временным, что ты теряешь свою бдительность и, ничего не подозревая, позволяешь гордости подливать вино в твой размашистый кубок лингвистического Грааля, который ты пока твердо держишь в своей руке, с упоением повествуя о своём крестовом походе.

Поход походом, а тем временем гордыня продолжает свое дело и безжалостно подливает кислый нектар в твой кубок. В кубок, который олицетворяет весь твой лингвистический путь становления тем, кем ты являешься сегодня, и содержит в себе все крупицы тех знаний, которые ты так долго и усердно собирал всё это время.
Время идёт, и вскоре содержание кислого винограда в твоем организме достигает критической массы, и под шум разбивающегося на мелкие кусочки кубка, который весьма некстати вскользнул из руки, хотя и не должен был, ты не замечаешь, как в гости к гордыни бесцеремонно заваливаются высокомерие и тщеславие, но ты не переживаешь по этому поводу, они же ведь ненадолго? “Ненадолго, конечно, еще буквально пять минут и мы уйдем”, в один голос уверяет тебя эта тройка закадычных друзей, слаженно собирая веником осколки твоего некогда славного кубка в совочек и с неприкрытым презрением выкидывают всю эту красоту в мусорное ведро.

“Мусорное ведро?” вдруг тревожно вопрошаешь ты сквозь мутную пелену виноградного алкоголя… но потом успокаиваешься – три почтеннейших гостя, один красноречивее другого, не устают нахваливать твои способности, то и дело с украдкой поглядывая на мусорное ведро.

“Мусорное ведро? Я смутно припоминаю, что там было что-то… для меня… нечто важное…”

“Важного ничего такого там нету, уверяю тебя; лишь боюсь, что портит атмосферу пира имени тебя. Пир имени тебя, на котором ты просто обязан похвалить себя сполна, а посему, не стесняйся и пей прям из горла – мы еще принесем, тем более, что это было бы преступлением отказывать себе в таком удовольствии. Ты лучше других. Ты умнее других. Тебе больше нечего изучать в Х языке – ты и так всё уже знаешь. Наслаждай своим триумфом, а мы пока потихоньку выкинем мусор, который так и мозолит окружающим глаза.”

Празднество продолжается. Краешком глаза, вдали ты замечаешь некий проблеск тусклого света сквозь плотную пелену высокомерия, навеянной гордыней.

” ..n’t .l..ter ..u..elf!”

Вдох, закрываешь глаза, сильно жмуришься, видишь калейдоскоп цветов, встряхиваешь голову, открываешь глаза, выдох.

Однако! Мысли стали яснее! И пока они не вновь не помутнели, не могу не отказать себе в удовольствии задать самому себе вопрос, который так и вертелся на языке с самого начала этой статьи.

Ёшкин кот, что это за вымораживающе вкрадчивая тема со стилистикой пера, когда новое предложение начинается с тех слов, на которых закончилось предыдущее предложение? Ну просто вымораживает – нету сил никаких. Бррр. Прочь. Прочь.

Мысли становятся еще яснее, туман постепенно рассеивается.

Сильно пошатываясь, но все-таки пытаясь держать равновесие,  ты начинаешь щуриться, чтобы разобрать символы вдали. Пока безуспешно, но ты не сдаешься.

Бутылок разбросано по полу очень много – некуда ногой ступить без того, чтобы обязательно не наступить на какую-нибудь из них. Пошатываясь все сильнее и продолжая щуриться, ты в конце концов наступаешь на злосчастную бутылку. Мир буквально перевернулся. Ну или почти.

И прежде чем обрушиться всей своей грузной массой на пол, в момент “за несколько секунд до”, ты наконец разбираешь, что написано лучами света вдали:

“Don’t flatter yourself!”

Неожиданно, музыка останавливается. Всё замирает.

Вдруг становится темно, хоть глаз выколи, и ты понимаешь, что переместился в очень узкое и некомфортное место. Колени поджаты к голове и касаются подбородка. А это что на голове?

“Пять”

Это шлем? У меня на голову надет шлем? Почему пять?

“Четыре”

Погоди погоди, это что, обратный отсчёт?

“Три”

Ой ой ой, руками тоже не пошевелить, они обхватывают колени, а пальцы сомкнуты в “замок”. Как же здесь тесно и темно .

“Два.

Наш человек-ядро почти что готов к пуску самого себя.”

Человек-ядро? Пуск самого себя?  Эй, я точно не подписывался на это – прекратите этот цирк! Эй там, я не шучу.

“Один с половиной…

А как ещё привести тебя в чувство, родной? Как вернуть тебя на землю? Как снять с тебя корону, которая основательно царапает потолок?”

Я…

“Мохнатая кривля!

Один с четвертью…

Гордыня затмила твой рассудок, усыпила твою любопытство, искусственно утолила твою жажду познаний, дала тебе ложное самодовольство.”

А может не надо? Может как-нибудь это, без человека-ядра, а?

“Один…

Язык, тем более иноземный, это довольно-таки многоуровневая и комплексная метафизическая конструкция,  у которой на протяжении всего твоего языкового путешествия ты никогда не перестаешь укреплять устоявшийся фундамент, к которой ты постоянно добавляешь новые пролеты и этажи, при этом не забывая усложнять саму архитектуру твоей витиеватой конструкции для общего порядка. Ну и чтобы самому было приятно.

Когда же ты перестаешь совершенствовать свою инженерную мыслю и начинаешь почивать на лаврах, то конструкция ржавеет, фасад ветшает, и здание приходит в упадок.

И всё это из-за гордыни. Из-за высокомерия. Токсичное самодовольство разлагает и низводит в ноль первопричины и цели твоего языкового путешествия.

Если ты уже довольствуешься тем, что якобы все знаешь, тогда зачем вообще узнавать что-либо новое и пытаться расширить свои горизонты познания? Конечно незачем – ты ведь и так все знаешь.

Где эти красавцы? Что-то не видать твоих трёх незваных, но всё же “почтенных” гостей… Где же они, чтобы выручить тебя в трудную минуту постановки перед фактом, что ты, как оказалось, не всё знаешь. Мда… их нету рядом, чтобы развеять твои сомнения.

По иронии судьбы, та фраза, которая навела тебя на все эти бесконечные рассуждения о гордыне ничто иное как:

“Не льсти себе!”

“Don’t flatter yourself!”

Ты сидел такой, читал книженцию, весь всезнающий, а тут , бах – фразочка. И ты ее используешь на русском. Частенько так. С сарказмом. Но нет, ты был настолько самодовольным, что мало того, что ты ее в первый раз встретил на английском, так еще и ни разу за всё своё время дружбы с английским не задал себе вопрос, а как же передать канву ехидного совета не льстить самому себе с русского на английский.

Потрясение, сильнейшее эмоциональное и психологическое. Как же так? Гордыня же сказала, что я всё знаю. А тут, на тебе – потрясение.

Хотя… Это ещё не потрясение. Вот погоди, сейчас мы тебя пустим из пушки в ледяную прорубь…

Зачем?

Это просто.

Чем выше ты взбираешься на гору всезнайства и невежества (“гордыня” на англ. также имеет значение “arrogance”), тем больнее с неё падать, когда ты начинаешь отдавать себе отчёт о своих пробелах и упущениях. Совсем горько и больно лететь вниз, когда тебя уличают и ставят перед фактом твоего невежества.

Быть ядром для выстрела из пушки в ледяную прорубь равносильно падению с высоченной горы невежества и высокомерия. По крайней мере, психологически и эмоционально. Ну или так мне кажется.

В любом случае…

Если ты будешь позволять гордыне диктовать свои условия и навязывать тебе свою волю, то всякий раз, когда ты встречаешь новую для фразу/конструкцию, ты будешь падать с высокой горы зазнайства, ты будешь человеком-ядром, летящим в ледяную прорубь. Психологически и эмоционально.  А это, друг мой, только подрывает ту мотивационную силу, вектор которой ты направил на освоение того или иного иноземного наречия.

А и кстати, пока я не забыл, после ледяной проруби ты точно ничего не забудешь из того, что услышал здесь, ты там, это, кубок-то береги что ли. Как из проруби выплывешь, сразу дуй склеивать осколки.

Я не могу больше это оттягивать…  Больше не могу возиться с тобой.

Я всё сказал. И я надеюсь, что ты меня услышал.

Пли!”

Advertisements

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s